• Алексей Натальский

Элементы архаичного искусства в творчестве современного художника Евгения Антуфьева

Анна Григорьянц (Образовательная программа «История художественной культуры и рынок искусства»)

Народное искусство в России на рубеже XIX-XX веков было тем материалом, к которому активно обращались самые разные художники, скульптуры и архитекторы. Стремясь возродить пластический язык старины, многие видные деятели искусства, прежде всего, художники, близкие к абрамцевскому кругу, смешивали его с современными стилистическими решениями, тем самым создавая новый стиль - русский вариант модерна.

Однако со времен неорусского и других исторических модернистских стилей интерес к традиционным мотивам в русском искусстве не находил столь мощного воплощения. В современном же искусстве известных художников, обращающихся к архаическому наследию, практически нет. Одним из немногих, кто все же интересуется искусством русской старины, является современный российский художник и скульптор Евгений Антуфьев. Он автор самых разных объектов искусства: от мелкой пластики и инсталляций из небольших (зачастую найденных реди-мейд) объектов до гигантских поэтических скульптур и объектов декоративно-прикладного искусства. Его работы, несмотря на разнообразие используемых медиумов, почти всегда отличаются поэтичностью, загадочностью и таинственностью. В очень многих его проектах так или иначе читаются отсылки к древнерусскому искусству, причем зачастую к искусствам малых народов – сам Антуфьев родом из Тувы, и влияние традиционных шаманских практик родной земли на его творчество уже не раз было отмечено критиками. В связи с этим особенно интересно анализировать, как именно народные и архаические мотивы прорастают в искусстве современного автора, и в каких аспектах его работы эта связь прошлого и настоящего особенно ярка.

Антуфьев находится в центре художественной жизни России и Европы с 2009 г. – тогда он получил премию Кандинского как лучший молодой художник, а спустя десять лет снова удостоился этой премии – на сей раз победив в номинации «проект года» за выставку в трех частях «Когда искусство становится частью ландшафта». Рост от звания «молодого художника» до автора «проекта года» показателен: за прошедшее десятилетие Антуфьев действительно многое успел сделать – у него было множество персональных выставок в России и Европе, он принимал участие в фестивале современного искусства Манифест –11, его работы находятся не только в публичных коллекциях (в частности, в Tate Modern в Лондоне и в Мудьтимедиа Арт Музее в Москве), но и у частных коллекционеров – одним из известных собирателей его работ является Луиджо Марамотти (который, в частности, способствовал появлению выставки Антуфьева на площадке Collezione Maramotti в Реджо Эмилия в Италии).

Именно там в 2013 г. художник представляет персональную выставку «Двенадцать, дерево, дельфин, нож, чаша, маска, кристалл, кость и мрамор – слияние. Исследование материалов». В названии выставки перечислены все основные материалы, которые использовались художником при создании этой работы; более того, оно также наглядно иллюстрирует и его отношение к материалу вообще – для него это не просто средство для создания своих работ, но и способ творчества.

В одном из интервью автор признавался, что его студия, состоящая из трех залов, как раз разделена по принципу работы с материалами: одна комната отведена для текстильных работ, вторая для работ по керамике и третья для работы по дереву. Работа с различными (и, зачастую, совсем необычными) материалами является одним из творческих методов Антуфьева, и во многом именно через используемые им причудливые материалы и проявляется связь его творчества с искусством архаики. Художник любит работать с природными материалами, такими как дерево и янтарь. Вместе с тем, он часто прибегает и к материалам, которые шокируют многих. Это кость, человеческие волосы, зубы, кожа. Их использование как раз и наталкивает на ассоциации с традиционным искусством малых народов России, в том числе шаманов из родной для художника Тувы. На выставке в Реджо Антуфьев представил маски с зубами волка, визуально напоминающие маски, изготавливаемые для шаманских обрядов. На той же персональной выставке в Collezione Maramotti в 2013 г. были представлены несколько объектов, материалы для изготовления которых были совсем уж редки – это и осколки метеорита, и части скелета дельфина. Как говорит сам Антуфьев в интервью 2013 г., его «мало волнуют метеориты вообще», и что в целом подобный материал как раз наоборот кажется ему банальным; его как объект интересовал только конкретный метеорит Чинге, который был найден в 1912 г., причем опять же в Туве. Любопытно, что художник не хотел сохранить целостность редкого материала – метеорит не интересовал его как самостоятельный объект – он не стал экспонировать его отдельно, а переплавил, сделав из него нож с причудливой ручкой из рога оленя.

Материал действительно не рассматривается им просто как средство для воплощения своих идей – свойства выбранного материала, его история и особенности – это тоже часть творческого замысла художника. Работа с материалом представляет собой определенный ритуал, и в этом смысле Антуфьев своим методом работы действительно в чем-то близок с шаманами его родной Тувы. Если шаманы используют различные предметы в своих обрядах так как, по их верованиям, они обладают особой силой, то Антуфьев использует те или иные материалы потому что видит в них особый магнетизм или вдохновляется их историей. Процесс создания искусства при помощи таких материалов тоже превращается в своего рода «шаманство».

Выставка, посвященная различным материалам, была повторена в 2014 г. в московском Мультимедиа Арт Музее. Получив несколько иное название – «Исследование материала: поглощение», она также включала в себя различные объекты, выполненные из необычных материалов. Однако наряду с природными и традиционными материалами Антуфьев обращается и к более современным предметам – так, для создания некоторых объектов он использовал мармелад и лак для ногтей. Из этого можно сделать вывод, что он не просто слепо стремится копировать художественные практики прошлого, а экспериментирует с разными материалами.

Обращение к традиционным для примитивного искусства материалам не является единственным, что роднит творчество художника с народными творческими практиками. Множество мотивов и символов, которые появляются в его объектах, тесно связаны с древнерусской мифологией. Один из основных мотивов в творчестве Антуфьева – это инфернальность. Некоторые его работы могут быть более красивыми, другие – более пугающими, однако почти во всех них сквозит некоторая хтоническая атмосфера. Пожалуй, единственным исключением может стать красивейшая бабочка, отсылающая к коллекции бабочек, которую собирал Владимир Набоков – гигантская инсталляция под названием «Вечный сад», которая была установлена в католической церкви в Цюрихе для фестиваля Манифест–11 не несет в себе ничего мистического и угрожающего (хотя и обладает той же загадочной притягательностью, что и сделанные из дерева и ткани «кричащие» маски, появляющиеся во многих его выставках). Отчасти этот эффект «потусторонности» работ Антуфьева можно объяснить при помощи чисто внешнего сходства создаваемых им объектов с предметами традиционных культов – он создает похожие на ритуальные маски, небольшие фигурки, схожие с оберегами и причудливые скульптуры, напоминающие идолов. Некоторые критики даже сравнивали его работы с архаичными скульптурами скифов и этрусков.

Однако помимо чисто пластического подражания в его творчестве явно читаются и символические отсылки к искусству старины. Внимание к символам – важный элемент творчества художника. Из выставки в выставку кочуют некоторые предметы, за которыми стоит нечто большое, чем их простое назначение. Антуфьев создает ножи, чаши, маски, и для него это не просто предметы. Все они носят ритуальное значение.

Несколько лет назад художник в интервью признался, что мыслит не столько создаваемыми объектами, сколько вставками. Несмотря на то, что среди его проектов есть большие скульптурные работы, которые вставляются отдельно (как, например, та же бабочка с Манифест–11 в Цюрихе или огромная золотая маска, выставленная в рамках проекта «Мертвые нации: золотой век» в церкви Сан Джузеппе делле Скальце в Неаполе), большинство созданных им объектов экспонируются единым массивом, зачастую под общей витриной. Для некоторых своих выставок Антуфьев собирает те или иные объекты, чтобы затем представить их вместе. Такой метод работы художника очень близок к исследовательскому - подобно краеведу или археологу он собирает различные объекты, компонует их вместе, чтобы проиллюстрировать ту или иную проблематику. Более того, сами эти объекты Антуфьева максимально похожи на экспонаты краеведческого музея - вазы с лепными элементами, маски с зубами настоящих животных, небольшие скульптуры, напоминающие идолов. Художник признавался, что ему близок формат индивидуальной выставки, личного пространства, даже именного музея, в котором бы его работы могли выставляться без чьего-либо вмешательства. В некотором смысле, он стремится создать свой собственный мир, в котором все используемые объекты призваны творить особую, загадочную атмосферу. Выставки Антуфьева – это личное мифотворчество художника, в котором находят отражение в том числе и культурные практики примитивных народов России. Если художники модернизма обращались к прошлому за пластическими решениями, стилевыми элементами, то Антуфьев впитывает дух русских народов.

Антуфьев, обращаясь к русским народным мотивам, на самом деле стремится исследовать не только архаическое наследие Руси, но и более широкий контекст всего «русского». Так, к примеру, в представленной в 2015 г. выставке «Бессмертие навсегда» художник исследует русскую культуру с самых разных ее сторон – выбрав две крупные фигуры – Льва Толстого и Анну Павлову – художник посвятил несколько лет сбору материалов, посвященных этим личностям. Эти поиски в итоге оформились в коллекцию самых разных артефактов – фотографий, открыток, писем. Но художник не просто подобно историку смотрит на то, какие следы остались после исследуемых им персонажей, он также исследует, как их фигуры трансформируются в общественном сознании, в каких причудливых формах дальше продолжают существовать в культуре. Хороший пример - названный в честь балерины десерт «Павлова», чьи фарфоровые реплики также оказываются включенными в выставочные объекты. Выставка 2019 г., за которую Антуфьев и получил премию Кандинского – «Когда искусство становится частью ландшафта» также во многом построена на размышлениях о русской культуре. В этом проекте художник обращается к наследию советских скульпторов и концептуальных художников. Выставка была разбита на три пространственные и временные части; во второй части выставки Антуфьев смешивает свои работы с работами уже ушедших мастеров советского периода – Сергея Коненкова, Александра Бурганова, Эрнста Неизвестного, Евгения Вучетича, Михаила Шемякина. Таким образом художник исследует советскую традицию скульптуры, пытаясь по-новому взглянуть на нее, выставив рядом свои современные работы. В третей же части «Ландшафта…» Антуфьев концентрируется на одном мастере – представителе «неофициального» советского искусства Дмитрии Краснопевецеве, чьи работы и выдержки из дневников также соседствуют с произведениями самого Антуфьева.

Как можно увидеть, заимствования из традиционного русского искусства является для Антуфьев не только стилистической, но и содержательной потребностью. Материалы, используемые им, различные мотивы и символы, проявляющиеся в его искусстве, а также сам метод работы апеллируют к русской архаике. Более того, в своих последних выставках художник показывает себя как исследователь русской культуры вообще, а потому интерес к традиционному искусству – это лишь одна из граней творчества Антуфьева.


Библиография

Кравцова М. Евгений Антуфьев – злоба и ненависть. Интервью от 07.03.2013 // Артгид // Сайт «www.artguide.com» (https://artguide.com/posts/311-ievghienii-antuf-iev-zloba-i-nienavist-341). Просмотрено 15.01.2020.

Сахарова Е. Artist talk: Таус Махачева и Евгений Антуфьев. Интервью от 16.12.2016 // Harper’s Bazaar art. Культура и искусство // Сайт «www.bazaar.ru» (https://bazaar.ru/bazaar-art/iskusstvo/artists-talk-taus-mahacheva-i-evgeniy-antufev/). Просмотрено: 15.01.2020.

Юхалова Я. Евгений Антуфьев: тоска по мифу. Интервью от 29.10.2015 // Around Art // Сайт «www.aroundart.org» (http://aroundart.org/2015/10/29/evgenij-antuf-ev-toska-po-mifu/). Просмотрено: 15.01.2020.

Недавние посты

Смотреть все
  • Vkontakte Social Icon
  • Черно-белая иконка Facebook